Владельцы галереи CUB: «Можем и рижскую публику завлекать, и московскую»

134
В галерее CUB (улица Аусекля, 11-103) можно посмотреть работы Олега Кулика, Андрея Бертенева, Айдан Салаховой, Юрия Альберта, Сергея Шутова, Виноградова и Дубосарского.
Фото автора.

В интервью smartlatvia.lv россияне Дарья Бескина и Александр Чернов рассказали, почему тихая и слегка провинциальная Рига оказалась для жизни лучше, чем бурлящая Москва, и почему они готовы тратить деньги на содержание здесь своей галереи CUB.

В Ригу переехали молодые москвичи — искусствовед  Дарья Бескина и журналист по образованию  Александр Чернов. С собой они привезли то, без чего Москва не Москва: художественную среду особого замеса и накала. За четыре месяца в своей картинной галерее CUB они показали рижанам четыре выставки работ известных российских художников, которых у нас не знали и не видели.

Наш разговор состоялся сразу после последнего вернисажа. Посетители еще не разошлись, и гостеприимные хозяева не могли их оставить, поэтому со smartlatvia.lv они общались поочередно. Так получилось два интервью в одном.

Дарья Бескина: «В Риге можно все успеть сделать»

Не совсем тихая гавань

Как пришла эта мысль перебраться в Ригу?

— У нас очень болел ребенок. Все было серьезно: медики не могли поставить диагноз, не понимали, что это: астма, не астма? В Москве ужасная экология, и все говорили, что надо перебираться на юг. Но я как-то на юге себя не представляю. От родителей — далеко, лететь — долго… А Рига всегда была очень родным городом. Нас с братом возили сюда всю жизнь — школьные каникулы мы вечно здесь проводили, объездили всю Латвию. Здесь хорошо, комфортно, спокойно. У меня вообще всегда была мечта жить в Риге. Мне очень важно, чтобы вокруг была красивая архитектура, чтобы было приятно ходить по городу.

В Москве этого нет?

— В Москве этого вообще нет. Москвы, в которой я родилась, не осталось. Ее разрушили. Там практически уже ничего нет из того, что мы любили, где мы гуляли. Везде какие-то безумные новостройки, торговые центры, пробки. Остался какой-то старый город в пределах Бульварного кольца, но это бесконечная грязь, машины, а экология — просто невыносимая. И продукты есть невозможно. Поэтому нам хотелось тихой гавани. К тому же Рига — это не совсем тихая гавань, это приятный и культурный европейский город, в котором происходит много интересного. Это уютный и удобный город, в котором можно все успеть сделать.

А есть такое ощущение, что по сравнению с Москвой здесь гораздо меньше всего происходит? Когда все сразу уменьшается в масштабах это же, наверное, бьет по глазам?

— Нет, наоборот.

На такое количество вернисажей, как в Риге, я не ходила в Москве вообще. Там, чтобы добраться до какого-нибудь театра, или музея, или концертного зала, нужно потратить очень много сил. Ты должен ехать — долго, потом не будешь знать, где припарковать машину: все время какие-то проблемы.

Конечно, Москва кипит — и театральная жизнь, и художественная жизнь, Москва насыщена всем…

И это сейчас проходит мимо вас…

— Все хорошие спектакли приезжают сюда, и на них можно сходить. Вот приедет Дима Крымов. (Московская Лаборатория Дмитрия Крымова, сына режиссера Анатолия Эфроса и театроведа Натальи Крымовой, в октябре впервые приедет в Латвию и покажет два спектакля на фестивале «Золотая маска». Прим. Smartlatvia.lv.) Я ходила на всего его спектакли в Москве — сейчас у меня нет такой возможности, но я здесь на него схожу. И это всегда так было! Сейчас, например, в «Рижской Бирже» открылась выставка Александра Древиньша. Роскошная выставка — такая же могла бы открыться в Третьяковке.

Искусствовед, она же грузчик

— Однажды Саша, когда он был не в Риге, разместил на Facebook строку, которую я прочитала как вопль: «Моя жена работает грузчиком!». И фотография: жена что-то таскает, дочка помогает. Я была уверена, что хотя бы кто-нибудь из мужчин, которых я вижу на ваших вернисажах, этот вопль услышит — придет и поможет.

— А мне это и не надо совершенною. Вот здесь, рядом, у нас каморка, где хранятся рамы. Ну да, я их перетащила — ну и что? Это же ради того, чтобы сегодня все пришли и все увидели.

А убирать помещение, мыть посуду…

— Ну, ничего не поделаешь, у меня есть посудомоечная машина. Если честно — все как-то неожиданно сложилось. Когда я открыла галерею — не представляла себе, что все вырастет в такой большой круг симпатичных, приятных, интеллигентных местных людей. Я думала: ну, будут какие-то друзья из Москвы приезжать, еще какие-то люди придут, стану для них что-то придумывать… И вдруг прямо после первой выставки столько знакомых появилось, столько интересных связей — столько всего произошло, что захотелось делать еще: скорей-скорей, дальше, лучше и еще лучше.

И потом я считаю: уж коли я здесь живу и у меня есть художественные связи в России, этим стоит воспользоваться для того, чтобы знакомить рижскую публику, например, с Аксельродом или с Лабасом, которые здесь не выставлялись. У меня очень большой круг знакомств в Москве.

И когда говоришь: ребята, хотите в Ригу приехать, сделать выставку в галерее? — они сразу: хотим, с удовольствием, мы Ригу любим.

Да, я очень много времени посвящаю галерее — но ведь есть материал! И материал роскошный, с которым можно работать.

«Пока выходим в ноль»

Рижанам вы привозите тех, кого они не видели. А в обратном направлении работа ведется? Вот вы хотели картины нашего Романа Коровина в Москву везти.

— Я не могу все на себя взять. Я здесь, собственно, получаюсь — одна. И я не могу в какие-то проекты масштабные влезать. Но если я окажусь в Москве, встречусь с московскими знакомыми галеристами и скажу им, что есть здесь такой замечательный художник Роман Коровин, которого непременно, с моей точки зрения, надо показать в Москве, то так и случится.

Хочется все делать! А вообще-то хочется в отпуск. Скажу вам честно: мы взяли очень и очень высокий темп: у нас выставки меняются каждый месяц. Мы в апреле открылись, так вот: апрель — это Александр Лабас, май — «Девяностые не вернутся никогда» с Олегом Куликом, Андреем Бартеневым и другими, июнь — Валерий Чтак, июль — Меер Аксельрод. Мы хотим все успеть сделать, пока тепло. Хотя рижане и говорят, что лето — мертвый сезон, у меня совершенно обратное представление об этом. Ведь сейчас здесь очень много москвичей, у которых есть возможность приходить сюда только летом.

То есть получается двойной охват: наша аудитория плюс московская, российская. Но ведь по большому счету москвичи могли пусть не именно эти работы, но этих же авторов видеть у себя…

— Ну как вам сказать… Сейчас пришли мои московские друзья-искусствоведы: они, я думаю, не видели этих работ, и им интересно. Да — получается двойной охват. Потому что есть возможность и местную публику завлекать, и московскую. Знакомить их друг с другом, и это классно.

Вот вы приехали, отремонтировали в Риге подвал, устроили в нем галерею… На организацию выставок, на то, чтобы привезти сюда что-то из России, чтобы разместить художников в гостинице, нужны деньги…

— Ну что ремонт? У нас полуподвальное помещение, малюсенькая галерея, существующая благодаря моему несчастному мужу, который трудится в Москве и летает сюда только на выходные, — он уже шесть лет работает пиарщиком в одной крупной московской компании. Пока мы выходим не в минус, к счастью, а в ноль. Мы коммерческая галерея, мы продаем картины, но это не те продажи, которые дали бы нам возможность иметь плюс.

[box type=»note» ]Дарья Бескина. Родилась в 1980 году в Москве. В 2003 году окончила отделение истории искусств исторического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. В 2001-м и 2003 году работала ассистентом куратора Русского Павильона на Венецианской Биеннале. Состояла в редакционной коллегии «Художественного Журнала» (Москва). В 2004 году была координатором выставки «Москва – Берлин». Участвовала в организации многих российских и зарубежных выставок. В настоящее время живет и работает в Риге. [/box]

Александр Чернов: «Я что-то уже сделал для этого города,  а не просто приехал в кафе посидеть»

Даша сказала, что галерея существует благодаря вам. Как вы к этому относитесь это радует, напрягает?

— Галерея существует благодаря не мне, а нам. Потому что если бы не Даша, я в жизни не узнал бы, как это здорово — делать выставки. Это ее работа, ее профессия. А моя скромная роль заключается в том, что я зарабатываю очень небольшие деньги, благодаря которым мы можем  заниматься чем-то еще. На самом деле вся эта история — не безумно затратная. Нам очень повезло: у нас свое помещение. И есть свои силы.

Мы же не покупаем работы! Если бы у меня были сейчас деньги, я бы взял и купил все работы Аксельрода. Потому что мне они очень нравятся. Рига, написанная таким художником, должна жить в Риге. Но я зарабатываю гораздо более скромные деньги, которые позволяют мне договориться с человеком, чтобы он приехал и привез сюда картины. По большому счету оказывается: все, что нужно, — это помочь: предоставить помещение, сделать открытие.

Это не вопрос про деньги, честно. Наверное, если бы моя зарплата опять упала в два раза, как она упала недавно, наверное, нам было бы сложнее и мы делали бы не одну выставку в месяц, а одну в два месяца. Но мы все равно занимались бы этим.

«Способ прикоснуться к чему-то, ради чего стоит жить»

Ваш CUB держится на любви к искусству, к семье.

— На страсти — несомненно. Меня спрашивают: почему вы таких хороших художников привозите?

Но сделать выставку плохого и хорошего — это одни и те же трудозатраты. Так зачем выставлять плохого?

С этим хорошо жить! Представьте себе: вот вы приходите в свое помещение, а ваш приятель взял и расписал его как-то интересно. А потом вы нажали на кнопочку в своем графике и вдруг увидели, как помещение преобразилось и в нем уже висят музейные, фантастические вещи. Это способ прикоснуться к чему-то, ради чего стоит жить.

А в Москве у вас были бы такие возможности прикасаться к работам такого уровня?

— Несомненно, но конкурентное поле в Москве абсолютно другое. Там 856 галерей.

Действительно 856?

— Я не знаю, сколько в Москве галерей — просто их колоссальное количество. И, если честно, в Москве это было бы слишком трудозатратно. Организовать там что-то… Вот вчера перед открытием у нас здесь во дворе прорвало канализацию. И мы были в некоторой панике. Представляете: вы позвали 60—70 человек. Купили ягоды, дыни, вино, что-то еще. Развесили работы. И вдруг у вас прорывает канализацию.

Это может случиться везде, но если бы случилось в Москве — сегодня открытия не было бы. Потому что сначала мы долго ждали бы ремонтников, потом они копала бы во дворе котлован. А так как все случилось в Риге — через час здесь была аккуратная бригада, которая все очень — я надеюсь — хорошо сделала.

И котлован не выкопала.

— Не выкопала. Это ответ на вопрос, почему я не стал бы заниматься этим в Москве. Потому что там я не смог бы получать от этого столько удовольствия. Любая такая штука рождает проблемы, но здесь я понимаю, как их решить так, чтобы они не стали моими основным проблемами. А в Москве любое дело превращается в решение бесконечных проблем.

«Это такой отдых от Москвы»

Жильцы дома представляют себе, что происходит у них в подвале?

— Конечно. Но у нас есть грех. Дело в том, что пока к нам приходят в основном русские люди, и мы должны как-то это исправлять. Должны больше времени уделять рекламе на латышском языке, разговаривать на латышском языке. Мы очень хотели бы, чтобы те вещи музейного уровня, которые мы сюда привозим, могли посмотреть все. Не важно, какой национальности был художник, который писал Ригу. Он писал Ригу — город достойный.

Рига — она как модель, и ей везло с живописцами, которые ее рисовали. И вот ты едешь по этому городу и осознаешь: я первый привез в Ригу Лабаса, я первый привез в Ригу Аксельрода. И думаешь: я что-то уже сделал для города, в котором нахожусь, а не просто приехал в кафе посидеть. И потом — это такой отдых от Москвы… Это вариант активного отдыха. Поработал на основной работе, потом приехал и работаешь-отдыхаешь на прекрасной работе.

А нормальный отдых можете себе позволить?

— Это и есть нормальный отдых. Сегодня у нас был отдых. Мы хорошо поработали, прекрасно открылись, пришло больше полусотни человек — все очень довольны. Все немножечко поели ягод, посмотрели — и устали, а от хорошего отдыха всегда устаешь. Вы ведь, когда ездите в путешествие, устаете? А галерея — это путешествие наоборот, когда ты «не сходя с места» нашел новую фантастическую компанию, интересно поговорил с кем-то.

Путешествие приходит к вам на дом.

— Картины и книги — это ваши домашние пейзажи, а картины можно менять каждый месяц. Сделать новую выставку — и переехать в Ригу художника Аксельрода. А потом попасть в Ригу художника Лабаса. Так и катаемся.

[box type=»note» ]Александр Чернов. Родился в 1980 году в Москве. Учился в Иерусалимском университете и Институте стран Азии и Африки, специальность — арабистика. Работал пресс-секретарем Российского союза промышленников и предпринимателей, Российской академии наук и в крупных частных компаниях.[/box]