Главная / Культура и отдых / Выставка «Очарование Прованса» в Риге: Ван Гог, Гоген, Сезанн и другие
До 5 июля в "Рижской бирже" проходит выставка "Очарование Прованса".
Иллюстрация: Поль Синьяк (1863-1935). Весна в Провансе. 1903. Холст, масло. 26,5x35 см. Ж-3419. Государственный музей изобразительных искусств им. А.Пушкина. Москва.

Выставка «Очарование Прованса» в Риге: Ван Гог, Гоген, Сезанн и другие

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

У латвийцев наконец появилась возможность, не путешествуя, увидеть шедевры французской живописи в оригинале – на выставке «Очарование Прованса» в «Рижской Бирже». smartlatvia.lv ею, конечно же, воспользовалась и спешит поделиться впечатлениями.

Выставка, которую в помещениях «Рижской Биржи» (Домская площадь, 6) можно посетить до 5 июля (вход — 1,42 евро), стала итогом сотрудничества Латвийского Национального художественного музея и Фонда Бориса и Инары Тетеревых. В музейной истории Латвии проект такого уровня состоялся впервые, и на его подготовку ушел целый год. 

Полотна собирали по всему миру.

Из парижского d’Orsay к нам приехали «Терраса кафе на Монмартре» Винсента Ван Гога (холст / масло, 1886 г.), «Сенокос» Поля Гогена (х/м, 1888 г.) и чудесный поздний Огюст Ренуар — портрет «Женевьев Бернхейм де Вийе» (х/м, 1910 г.). Мягкие контуры, прочерченные не одной линией — несколькими; переливы красок, соседствующих друг с другом так, что создается эффект их взаимного перетекания…

Из парижского Центра Жоржа Помпиду приехали «Дама в розовом» Рауля Дюфи (х/м, 1908 г.), его же «Фонтан Ванса» (х/м, 1919—1921 гг.) и «Натюрморт со стеклянной бутылью» Пабло Пикассо (х/м, 1959 г.).

В «Даме» Дюфи  решает сложнейшую задачу — оттеняет розовое зеленым, примиряя их с помощью желтого, который, как известно, близок к зеленому, но здесь играет роль телесного оттенка. Кисти рук модели сложены так, что между ними вполне можно заподозрить чашку, но ее нет. Пальцы сомкнуты в форме сердца и застыли на уровне сердца, прижали к платью голубоватую область: тень? душа? А в «Бутыли» Пикассо словно разламывает полотно по вертикали на две, на первый взгляд, разнородные части, которые, продемонстрировав себя вблизи каждая по отдельности и отбросив от предметов тени каждая в свою сторону, при взгляде издали сливаются в единое — бесконечно привлекательное по колориту целое. Глухое молочно-зеленое на темно-зеленом фоне становится светящимся и прозрачным: стекло здесь главное — подчеркнуто белой линией стыка сосуда и соломенной оплетки, оттенено сбоку желтым, оранжевым, праздничным. Бутыль-то наверняка не пустая…

Музей Пикассо в Антибе отправил к нам погостить двух чудиков, родившихся на бумаге в сентябре 1946 года с интервалом в один день, — «Бюст фавна» и «Серую голову фавна». Основой для собрания музея стали картины и рисунки, сделанные Пабло Пикасо в этом году, в этом курортном городе и оставленные ему в дар. Оттуда же к нам приехала и керамика из белой глины — блюдо, кувшин и шаловливо, всего несколькими линиями расписанная скульптурка женщины. Взглянув на нее, можно понять, насколько чутко художник реагировал на особенности материала, который диктовал, что делать дальше, а у художника хватало отваги, благородства, да что говорить! — веселого  любопытства, чтобы пойти у глины на поводу.

Мощные «посланцы» московского Государственного музея изобразительных искусств им. А.Пушкина — «Деревья Каси» Отона Фриеза (х/м, 1909 г.), «Весна в Провансе» Поля Синьяка (х/м, 1903 г.) с дрожанием красок в ясном воздухе, разнесенностью мазков, словно пропускающих сквозь себя солнце, и «Море в Антеоре» Луи Валта (х/м, 1907 г.): знойные тени, блики на воде, густо обозначенные у берега и тающие в белизне горизонта.

Из Литвы Национальный художественный музей М.К.Чюрлениса отправил нам цветную литографию Поля Сезанна «Завтрак на траве» – в ней четко решаются изобразительные задачи, а повествовательность отходит на второй план: после Сезанна  так станут работать многие художники. Оттуда же прибыл офорт Рауля Дюфи «Нимфа» (1930 г.), литография Анри Матисса «Персиянка» (1929 г.), офорты Огюста Ренуара — «Купальщица» (1910 г.) и «Пляж Берневала» (1892 г.), в котором художник избегает четких и единственных линий: множась и тесно соседствуя друг с другом, но не сливаясь, они рождают в графике знакомые по его живописи  «пушистые» контуры.

Из Минска приехали три работы Марка Шагала — «Влюбленная пара» (картон/акварель/пастель, 1981 г.), а с ними в компании «Зеленый пейзаж» (х/м, 1948—1959 гг.) и «Часы в пылающем небе» (х/м, 1947—1950 гг.), приобретенные «Белгазпромбанком» на аукционе «Сотбис» в 2013 году. Шагал жил во Франции начиная с 1923 года — с небольшим перерывом. Про него Пикассо говорил: «После смерти Матисса Шагал останется единственным, кто понимает, что такое цвет… А то, что он в последнее время делает в Вансе, заставляет меня думать, что после Ренуара никто так не чувствовал свет — только Шагал».

Наш Национальный художественный музей внес в общий праздник свою лепту — «Альпийскими розами» Отона Фриеза (х/м, 1930 г.), «Оливковыми деревьями» Огюста Шабо (х/м, до 1939 г.), а еще декоративным блюдом (роспись по фарфору, 1928 г.) и двумя изысканными пейзажами Ванса (х/м, 1929—1930 гг.) латвийской художницы Александры Бельцовой, жившей там в конце 20-х — начале 30-х. Благодаря участию ее работ в выставке мы наконец смогли убедиться в том, насколько достойно они вписались в мировой контекст. Компанию классиков разбавил наш современник  и соотечественник Алексей Наумов, который тоже то и дело работает в Провансе и имеет право на собственные «очарованные» пейзажи — «Сан-Тропе» и «Средиземное море» (холст/акрил, 2011 и 2014 годы). Получается, что там, как встарь, художникам — хорошо.

Людмила Метельская

Иллюстрация: Поль Синьяк (1863-1935). Весна в Провансе. 1903. Холст, масло. 26,5×35 см. Ж-3419. Государственный музей изобразительных искусств им. А.Пушкина. Москва.


  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •