Номер один из ныне живущих. Выставка скульптур Виктории Пельше

226

В зале Rietumu banka (Рига, улица Весетас, 7) открылась персональная выставка латвийского скульптура Виктории Пельше: бронза, мрамор, шамот, бетон, мелкая пластика в фарфоре.

Ее произведения украшают российские и латвийские города, хранятся в музеях Латвии, Германии, в Третьяковской галерее и частных коллекциях. Вы ее знаете — наверняка видели у Останкинского телецентра чеканку «Человек и космос»: в 1980-м она была признана лучшей скульптурой года. А для пассажиров парома, заходящего в Рижский пассажирский порт, «Даугава» В.Пельше служит визитной карточкой города.

Виктория Робертовна родилась в Москве и все детство прожила в Доме на набережной — пока семья не перебралась в Латвию в 1951 году. Училась в Рижским политехническом институте, уехала за романтикой в Норильск, после преподавала в Рижском индустриальном политехникуме, а в 1967 году окончила скульптурное отделение Латвийской академии художеств.

Ее отец, Роберт Андреевич Пельше, был академиком АН Латвийской ССР и основателем Латвийского института фольклора и этнографии. О члене Политбюро Арвиде Яновиче Пельше скульптор говорит: «Если не ошибаюсь, их отцы были двоюродными братьями». А телеведущий Валдис Пельш – родственник «настолько дальний, что можно запутаться. Насколько я помню, он, вроде, сын внучки Арвида Пельше».

Философичность, многозначность, лиричная чувственность и давних, и недавних  работ Виктории Пельше позволяют говорить со зрителем на современном языке. В 1994 году известный латвийский искусствовед Светлана Хаенко отмечала в почерке скульптора «точное и тонкое течение форм», художественность, имеющую право на «непривычный пластический ход». Она писала: «Музыкальность ритмов и силуэтов рождает впечатление какого-то тихого танца. Пропорции таковы, что в репродукции трудно определить подлинные размеры; будучи невелики, они выдерживают любое увеличение. Внутренняя жизнь точно наполняет формы. И так роскошно зрелище крепко слепленных объемов, что невольно начинаешь соединять в себе почему-то порвавшиеся нити между классикой и современной скульптурой».

Скульптуры Виктории Пельше говорят с нами о том, что жизнь — это мир, лад и что традиции состоят на службе у взаимопонимания. Что разрабатывать собственный почерк вряд ли нужно — в процессе творческих экспериментов он приходит сам.

Коллекционер фарфора Михаил Цатурянц из Риги привез на выставку 11 фигурок — в основном анималистику. Особое место в его собрании занимает «Голубь», побывавший в Москве на выставке народного творчества в 1959 году: в момент создания фигурки Витории был всего 21 год. Михаил увлекается фарфором с юности — авторов в его собрании числится много, но то, что сделала Виктория Пельше, всегда значилось в особой статье. «Из ныне здравствующих скульпторов это имя номер один: у нее же базис очень серьезный, а таких скульпторов осталось не много. Вы посмотрите на эти две восхитительные вещи, которые у входа в банк на траве стоят: они же просто как будто из-под земли выросли, сразу на своем месте! И все вокруг преобразилось. Это большое искусство. Это мировой уровень».

А живописец Игорь Добрин, знакомый с Викторией Робертовной со студенческих лет, утверждает: «Она так хорошо чувствует нюансы, что в законченной работе ничего нельзя ни прибавить, ни отнять, настолько они доведены до кондиции. Внешне они прекрасны, но у меня возникает ощущение, что в них есть некое ядро, сплав мысли и чувства. И это ядро в скульптуре как бы пульсирует. Как сердце».